26.02.2019 792
В Запорожье начался показ нового мультика о борьбе драконов

Дисней как киностудия в своём классическом виде – одно из проявлений процессов глобализации, а поэтому большинство её проектов были направлены на изображение менталитета и быта различных народов и их культур. С одной стороны, усваивая экзотические культуры, киностудия получала новые формы и сюжеты, тем самым утверждая их оригинальность. С другой – происходило уравнивание всех культур, их стилизация под единый порядок подачи и восприятия информации. Нечто подобное происходило в советском кино, когда необходимо было отразить в кино жизнь народов каждой республики.

Несмотря на общность рисовки, структуры и смысловой направленности, у киностудии Дисней постепенно возникали излишки, в силу различных причин не пользующихся (первоначально) особой популярностью у зрителя. Ярким «излишком» стала серия мультфильмов «Лило и Стич» от Дина Деблуа. Позже в 2010-ом году он использует её в качестве праобраза в проекте «Как приручить дракона» (уже от DreamWorks), ставшим одной из самых успешных на сегодняшний день мультипликационных франшиз, третья часть которой вышла в прокат на прошлой неделе.

Действие серии мультфильмов разворачивается вокруг поселения викингов, борющихся с драконами. Отличающийся хрупким сложением сын вождя – Икинг – однажды спасает и приручает дракона, дав ему имя Беззубик. Таким образом, сквозной мотив всех трёх частей – попытка человека жить в гармонии с неизвестным в то время, как каждый раз находится мешающая этому сила. Ясно, что такой сюжет традиционен и особо используем в мультфильмах. Однако интерес вызывает финал этой истории. Сразу нужно сказать, что сюжет о встречи человека с неизвестным предполагает два исхода: либо человек и неизвестное продолжают сосуществовать, либо неизвестное покидает человека. Иногда они могут совмещаться, как это было в недавнем «Бамблби». Важно, что первый вариант зачастую преподносится как наиболее оптимистичный и ожидаемый. Это касается, например, осеннего «Смоллфута», где йети (по собственной воле) приходят в мир людей. То, что вызвало восторг у детей под конец сеанса, на деле может обернуться действительно трагедией. И, пожалуй, заключительная сцена «Смоллфута» —  одна из самых тревожных и пугающих сцен среди всех последних кинопремьер, так как потенциально открывает целый ряд жутких событий.

Заключительная же часть  «Как приручить дракона» демонстрирует нам второй вариант развития событий: Икинг осознаёт невозможность безопасного сосуществования людей и драконов, а поэтому вместе со всеми отказывается от них. В принципе, подобная развязка – это всегда стремление вызвать у зрителя сильное переживание (катарсис). Хрестоматийным примером можно считать «Инопланетянина» Спилберга. Но в нашем случае всплывает интересная (и не новая) мысль о роли элиты. Вообще, если убрать из контекста слово «дракон», то можно сказать так: часть населения находит технологию, с её помощью становится правящей и приобщает к ней всё население. Затем элита понимает ложность такого пути и заставляет всех отказаться от своего изобретения. Причем такое решение лишь окончательно утверждает право элиты на власть. Но самое интересное то, что правящая верхушка, поддерживая идеологию «отказа», тайно продолжает использовать эту технологию, что и показано в финале мультфильма. В нём отражается существующая в науке концепция того, что культура создаётся и поддерживается элитой. И для создателей мультфильма элита – это всегда те, кто умеют правильно пользоваться технологией. Ведь все антагонисты франшизы – те, кто используют драконов в качестве оружия. А поэтому мультфильмы так же носят остро пацифистический характер.

При всём при том, у элиты может не быть каких-либо других способностей, что возвращает нас к тому порядку, когда человек должен был быть узко специализированным. В настоящее же время подобное становится крайне затруднительным.

И такая проблематика представляется актуальной для современного технологизированного общества, где решающим становится знание о технике и в котором наиболее влиятельными людьми стали представители IT (Гейтс и Ко). Даже на бытовом уровне заметно, что возникает всё больше ситуаций, когда ведущую роль на себя берёт ребёнок, если дело касается каких-либо операций, связанных со смартфоном или компьютером.

Кроме того, финальный отказ населения от драконов был изначально заложен в структуре всей франшизы, так как в основе – две одинаково развивающиеся параллельные линии: Икинг и Беззубик (оба теряет конечность, оба становятся вожаками, а затем и отцами и т.д.). Поэтому их пересечение невозможно. И поэтому так хаотично выглядит общее поселение людей  и драконов. Но как только одна линия начинает отклоняться от заданного маршрута – происходит контакт: в начале первой части и в конце третьей.

Ещё крайне важным представляется то, что драконы неосознанно воспринимаются нами (да и создателями) как техника (все эти абзацы ни разу не было указано о драконе как части природы). Ведь не зря появляется образ протеза на хвосте у Беззубика, а в короткометражках, например, — Костолом, имеющий гигантский костяной доспех. И когда речь идёт об отказе от дракона, то это, скорее, касается, не собственно экологического вопроса, а вопроса разоружения (вещи кардинально разные). Примечательно, что и Стич как праобраз Беззубика – отнюдь не естественный организм, а выращенное оружие. Поэтому такое существо как дракон – не природа, а воплощение идеального представления человека о технике, которое затем воплотиться в 20-ом веке.

 

P.S. – забавно проследить как визуальные, так и сюжетные переклички третьей части с уже всем надоевшим «Аквамэном».

P.P.S. – особого внимания заслуживает злодей с нестандартным прикусом. Ощущение, будто создатели вдохновлялись молодым Тимом Карри. Бросается  в глаза и прическа, неоднократно появляющаяся у различных антагонистов (последний такой – учёный из первого сезона «Секретных материалов»).

 

Матвей Кащенко

 

 

 

Поделиться