04.10.2018 1141
Тренер запорожского «Металлурга» Евгений Яровенко: «Блестит только золото»

Ровно тридцать лет назад сборная СССР по футболу завоевала свой последний трофей – золотые медали Олимпийских игр. Это произошло в далеком 1988 году в не менее далеком южнокорейском Сеуле. В финальном матче наша команда переиграла сборную Бразилии – 2:1.

В составе той команды был нынешний тренер МФК «Металлург» Евгений Яровенко, который играл на позиции левого защитника.

ВИЗИТНАЯ КАРТОЧКА

Яровенко Евгений Викторович

Родился 17.081962 в Каратау, Казахстан.

Амплуа – левый защитник

 

Евгений Викторович, как проходила подготовка к Олимпиаде?

— Это была последняя Олимпиада, в которой выступали все профессионалы. Уже с 92 года уже стали играть футболисты до 21 года и плюс три человека. Были собраны самые лучшие футболисты. За два с половиной года прошло через это сито отбора, как нам рассказывали тренеры, порядка 80 игроков. Отобраны были самые лучшие, которые, действительно играли ведущие скрипки в своих клубах – это киевское «Динамо», московский «Спартак», «Торпедо», днепропетровский «Днепр». Анатолий Федорович Бышовец сумел объединить всех одной целью. Он  с первого дня нам говорил: «Блестит только золото». Все подчинили подготовке. И мы сами, уже между собой, даже когда обыграли итальянцев, попали в  финал, никто не успокаивался, что, мол, у нас минимум серебряные награды и так далее. Все готовились серьезно. Нас тренерский штаб подвел профессионально. Это вообще заслуга всех – и тренеров, и тех партнеров. Я не говорю, что это моя личная медаль – это медаль всего Советского Союза.

— Для того, чтобы выиграть у бразильцев в финале, нужно было сначала одолеть сборную Италии в полуфинале. Сборная СССР тогда по ходу матча проигрывала – 0:1. Вы вышли тогда на поле во втором тайме. Не было такого чувства, что все, проиграем?

— Конечно, было сложновато. И, конечно, мы не имели права на ошибку, потому что мы представляли такую страну, как Советский Союз. Мы знали, какая у нас огромная ответственность. Хорошо, что мы могли перебороть себя и найти те силы, те ресурсы, чтобы сравнять и в дополнительное время обыграли.

— Что касается подготовки к финальному матчу. Все знают эту историю, что после победы над сборной Италии Бышовец увез команду из олимпийской деревни на теплоход «Михаил Шолохов». И все время перед финалом вы жили и тренировались там. Насколько этот ход помог подойти в нужной форме к игре с бразильцами?

— Знаете, учитывая то, что мы уже месяц катались – начиная с Японии, когда у нас там был недельный цикл подготовки и акклиматизации к этому климату и времени, по разным городам, и когда мы уже дошли до финала – представьте себе, месяц без жен, без невест, без своего питания было очень сложно. И когда у Олимпийского комитета был выбор – куда нас повезти, Анатолий Федорович зразу сказал – на «Шолохов». И я сейчас понимаю, что он правильно сделал.   В Олимпийской деревне многие виды спорта закончились. Спортсмены просто отдыхали, а у нас остался один шажок – финал, последняя игра. Нас отвезли на теплоход. Мы там увидели всех артистов. Там Винокур, Лещенко, которые нам устраивали концертную программу, мы увидели свою кухню, увидели русских  девочек-официанток и так далее. Но сказали – до игры никто ни с кем не дружит (улыбается).

Каюты у нас были два на два метра – две кровати и все. Мы три дня с теплохода никуда не выходили, играли через сетку волейбольную в теннисбол и готовились на финал. Спокойно подводил на Бышовец. И когда мы приехали на этот Олимпийский стадион, 80 тысяч зрителей, вышли посмотреть поле —  а там стоят бразильцы жонглируют, на шею мячик забрасывают, и так далее. Кудесники мяча, одним словом.

Мы все двадцать два игрока и тренерский штаб были пропитаны одной идеей – только выиграть.

В финале против сборной Бразилии, также как с итальянцами, вы по ходу игры проигрывали после гола Ромарио. В том, что счет сравнялся, было и Ваше участие. Это ж Вы отдали пас Алексею Михайличенко, после которого он вошел в штрафную, где его сбили. Добровольскому оставалось только реализовать пенальти.

— Да, вообще я любил подключаться всегда. Я немало мячей забил. Я практически весь левый фланг закрывал. Функционально очень хорошо был готов, любил помогать атакам. Получился такой момент – я отдал мяч Михайличенко, ушел вперед по флангу, думал, он мне вернет. А он показал, а потом влево ушел, его сбили. Там чистый пенальти, конечно, был. То есть сил хватало отработать и вперед и назад. Но самое главное было – сыграть «на ноль», как мы сейчас требуем от наших футболистов. За один ноль – это уже одно турнирное очко. А впереди если моменты будут – мы всегда забьем.

— А ощущения после этого невероятного гола Юрия Савичева в дополнительное время, когда он убежал от защитника, пытавшегося хватать его за майку и перебросил через Таффарела?

— В игре как-то это сумбурно было. Это потом, когда просматриваешь – действительно, все профессионально исполнено. Только так, верхом он мог забивать. Или пробить под опорную ногу Таффарелу. Вы ж помните эти великие слова комментатора матча Владимира Маслаченко: «Савичев, убегай, забивай. Я тебя умоляю!». А в конце он считал секунды, сколько останется: «У меня просто нет сил, я помолчу».

Тот состав сборной Бразилии потом, через несколько лет загремел по всему миру.  Таффарел, Ромарио, Эдмар, становились чемпионами планеты. У вас не возникало какого-то чувства недосказанности – вы их обыграли, а они «выстрелили» выше?

— Понимаете, почему у нас футболисты раньше заканчивали? От многих факторов зависело. Европейский футбол – это европейский футбол. Начиная от восстановления, от тренировочных полей, условий контрактов и так далее. У нас же, посмотрите – футболисту 32 года, а его уже списывали. А там в этом возрасте только расцвет. Мы могли и хотели еще поиграть и за рубежом на достаточно высоком уровне, но тогда было такое правило – ты мог уехать только после 28 лет. Нас, в принципе, всех «разрывали». Мне было 26 лет, я мечтал играть в  немецком чемпионате, потому что я люблю дисциплину.  Меня приглашали «Боруссия» (Дортмунд) и «Кайзерслаутерн» и контракты приличные предлагали. А у нас регламент – только после 28 лет. И многие карьеры так сломались. Кто-то снизил к себе требования. Обидно не было, мы смотрели и говорили – сколько еще Ромарио поиграл и за «Барселону» и так далее.

— И напоследок – все же к финальному матчу? Какие ощущения после победной игры? 

Мы до конца не понимали. Вот сейчас, иногда просматриваю эти игры, до конца не понимали, что мы сделали. Все ждали этого чуда. После пятьдесят шестого года – первого олимпийского «золота» СССР – прошло 32 года. И мы выиграли эти олимпийские медали. Союз развалился. Друзья остались, коллеги остались. И 15-летие  мы праздновали, и 20-летний юбилей. Сейчас, к сожалению, мы не можем собраться. Был вариант – или в Молдавии или в Грузии собрать Олимпийскую сборную, но пока не получается.

Карьера игрока:

1981-1983 – «Химик»(Джамбул»

1984-1988 – «Кайрат» (Алма-Ата)

1989-1991, 1993 – «Днепр»(Днепропетровск)

1991 – «Ротор» (Волгоград)

1992 – «Ворскла» (Полтава), «Нива»(Тернополь), «Конту»(Финляндия)

1993- 1995 «Сарыерспор» (Турция)

1995- «Торпедо»(Волжский), «Кривбасс» (Кривой Рог».

1996 – «Металлург» (Запорожье)

За клубы провел 257 матчей, забил 16 мячей.

За сборные СССР сыграл 11 матчей.

Карьера тренера:

1996-1997 – «Кривбасс»(Кривой Рог)

1998-1999 – «Торпедо»(Запорожье»

1999-2001 – «Днепр» (Днепропетровск)

2002 – «Шахтер-2» (Донецк)

2003-2005- «Шахтер-3» (Донецк)

2006-2008 «Есиль-Богатырь» (Казахстан)

2011-2013 –«Нефтяник» (Ахтырка)

2014-2015 – «Тараз» (Казахстан)

С 2018 – МФК «Металлург» (Запорожье)

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.