14.08.2018 2152
Почему в Запорожье появляется все больше феминисток?

В Украине как и во всем Мире все популярнее становится феминистское движение. Эту тему пытаются обыграть дизайнеры, используют рекламные компании, а кандидаты на высокие должности не брезгуют поддерживать проблему равенства полов. Но многие горожане до сих пор до конца не осознают, кто такие феминистки, против чего они выступают и чего хотят по истине, как они строят отношения с мужчинами. НовостнОЙ! поговорил с одной из представительниц движения о том, как она находит «общий язык» с миром, мужем и своим телом.

С чего все началось

С самого детства я была глубоковерующим человеком: я более 20 лет ходила в церковь и была «нормальной» по меркам общества. Но в один момент я почувствовала давление на себя, как на женщину в церкви: ты либо рождена, чтобы быть с мужем и рожать детей, либо идешь в монахини. Конечно, такая позиция не у всех храмов и батюшек, но в моём храме была именно такой. У меня были несколько другие планы на жизнь и я ушла. Мои взгляды, в какой-то степени, формировались благодаря подругам, которые были не верующие и при этом заядлые феминистки.

Перед тем, как стать феминисткой я искренне смеялась с них и считала это глупостью. Я читала материалы про движение и думала «ну какие же феминистки тупые, Господи, фу». Мы с друзьями и подругами шутили об этом, но в какой-то момент я поняла, что то, над чем я смеюсь, занимает меня гораздо больше, чем сам смех.

Гендерные ограничения стали казаться мне нелепыми. Я пережила наконец тот след, который оставила на мне балетная школа с ее ограничениями веса, питания, догмами о том, как должна выглядеть женщина, что такое красота. Тогда пришло это изменение отношения к своему телу, понимание того, что такое женское, тоже изменилось.

Я начала изучать суть движения: чего они хотят и почему вообще не могут никак успокоиться — как-никак 2018 год, у женщин уже есть все права. Но бытовой сексизм больше любых прав, которые есть у женщин.

Я сменила имидж, обрезала волосы, которые ненавидела, но должна была носить — «я же девушка», стала по-другому одеваться и перестала носить каблуки. Из моей жизни исчезли процедуры, которые мне были не нужны, перестала что-то делать со своим телом, чтобы кому-то нравиться. Я и так нравлюсь кому хочу, если хочу, а остальное я делаю для себя. Я ощутила себя другим человеком. Активисткой я стала в марте 2016 года, когда сделала свой первый художественный проект.

Отношения с родителями

Я не живу с родителями, и на тот момент, когда стала феминисткой уже несколько лет жила самостоятельной жизнью. Единственная возможность для них вникнуть в мои «взгляды» — это соцсети.

Они пытались повлиять на мой внешний вид, им категорически не нравились моя прическа, вещи. Со временем давление стало меньше, и они даже как-то начали поддаваться моему влиянию.

Моя семья показывает мне пример, когда «правильное» понимание семьи в реальной жизни выглядит не так. Активная мама, которая доминирует, но при этом говорит «Мужчина в семье главный», и папа, который совсем не хотел доминировать.

Отношения с мужем

Мой муж стал моей реанимацией после прошлых отношений. Он полностью разделяет мои взгляды. И это не только на словах, это на деле. В нет маскулинной доминирующей ноты.

Толе ( муж — прим.ред)  я написала первая. Он еще до нашего знакомства читал и интересовался феминизмом. Однажды он оставил комментарий в паблике моего проекта. Когда я его прочитала, единственная мысль, возникшая в моей голове: «Господи, единственный человек с мужским именем написал что-то нормальное в комментариях».Тогда я первая написала Толе что-то вроде «чувак, спасибо тебе огромное за поддержку, все остальные такие тупые». Мы начали обсуждать разные статьи и понеслось.

Мне ничего не пришлось объяснять ему про феминизм, что, в общем-то, редкость. При этом он не занимается менсплейнингом — многие мужчины, например, учат феминистку, как ей быть феминисткой. Он очень много слушал, задавал вопросы, сопереживал, у него вообще очень развит эмоциональный интеллект. Мы виделись всего два раза живьем, а уже после этого через переписку и общение в скайпе полюбили друг друга. Толя переехал в мой город, практически сразу мы начали жить вместе, еще через несколько месяцев поженились.

Я негативно отношусь к браку, институту семьи и всему такому, но поженились, чтобы иметь защиту. Мало ли что со мной может случиться, как с активисткой. Статус мужа дает Толе доступ ко мне.

Меня всегда возмущало то, что пропагандируется в современном мире: сильные мужчины, которые не плачут, таскают тяжести и постоянно пашут. То есть, общество нам диктует позицию, что важно не эмоциональный интеллект, а бицепс.  Меня это не устраивает. И, не смотря на то, что полного равноправия нет — у мужчин власти больше, и они сами ограничивают себя.

Для меня уже размыты все эти границы мужественности, женственности, поэтому я и говорю о некой новой женственности, потому что она может включать в себя традиционно мужественные элементы, и наоборот. Если не говорить о первичных половых признаках, у моего мужа из признаков мужественности только борода. Мы примерно одинаково одеваемся, он не сильно меня крупнее, не очень высокий, не качок, то есть мы с немного стертыми ролями, чему очень рады: на нас и стереотипов вешают меньше.

Борьба со стереотипами

Феминизм — это про выбор женщин. То, что мы слышим о женственности — это то, что диктуют мужчины, а не женщины, то, что они хотят видеть, то, что ожидают от женщины.

Раньше я тоже была такой. У меня был мужчина, которому я должна была понравиться, выйти за него замуж, с которым должна была флиртовать и быть смиренной, скромности. Мое тело и моя одежда были направленны на это.

Став феминисткой, я расширила для себя границы женственности — у меян появилась свобода. Моя женственность сейчас — это то, что я конструирую сама. Если я крашусь, то не для мужчины, а чтобы выглядеть тем человеком, который мне во мне же нравится.

«Я запомнила как прекрасный момент наших отношений, когда мы мерились волосами на ногах, было очень весело.»

Женщина сама решает, что ей брить, а что не брить, и по каким причинам ей это делать или нет. Можно брить ноги, потому что тебе это сказал кто-то, как мне отец сказал в подростковом возрасте: «Боже, тебе 14, у тебя видны волосы на ногах, почему ты не бреешься?» Я испытала жуткий стыд, купила станок и стала брить ноги. И долгое время я это делала, потому что так положено: женщина должна быть гладкой.

Потом, когда я узнала про феминизм, я продолжала брить ноги, но уже с идеей, что мне нравится, когда у меня гладкая нога, а потом я подумала, что буду делать так: хочу побрить одну ногу, а другую оставить волосатой. Кто мне мешает это сделать? Я спокойно ходила месяц так: одну ногу брила, а другую отращивала. И отрощенная нога мне так понравилась, что я оставила все так. Теперь я могу это чередовать, когда мне надоест, будут бритые ноги. То же самое с любой другой частью моего тела.

У нас с мужем даже не может стоять вопроса о том, чтобы ограничивать чужой волосяной покров. И поскольку я всегда была в таких отношениях, где мужчина мог сказать: «Блин, у тебя что, нога небритая?!» — или я думала, что сейчас, например, буду заниматься с ним сексом, а у меня небритая нога, что делать? Был момент, когда я в самом начале наших с Женей отношений высказала это опасение. Он недоумевал: «Ты реально думаешь, что мне это важно?» И, видимо, для того, чтобы я не стеснялась, говорил, что у меня суперклассные волосы на ногах. И я запомнила как прекрасный момент наших отношений, когда мы мерились волосами на ногах, было очень весело.

Равноправие и феминизм — одно и то же?

Феминизм и равноправие — не синонимы, но одно включает другое. Феминизм — это непременное условие равноправия, также как борьба с ксенофобией и с другими предрассудкам. Все феминистки за равноправие, но не все, кто за равноправие, — феминистки. Многие думают, что проблемы мужчин и женщин вообще нет, они за какое-то другое равноправие.

Сейчас я могу сказать, что я интерсекциональная феминистка. Интерсекциональный феминизм рассматривает человека внутри системы пересекающихся угнетений. Это может быть дискриминация по гендерному, возрастному признаку или на основании уровня дохода. Или, например, у женщины титульной нации привилегий гораздо больше, чем у любой не белой женщины, по крайней мере, в мире европоцентричных белых людей.

Поделиться